Волков и Доллар

- Почему я каждое утро должен слушать трели этого кремлевского соловья, потом, как вол, продираться сквозь пробки и работать с этими обезьянами, и, приходя домой, видеть в телевизоре «Дурдом-2», а на диване – эту корову? – заорал менеджер компании  «Объегория» Валерий Волков своей супруге.

- Не смей так называть мою мамочку! – завизжала мадам Волкова. – Ты даже не можешь сделать приличный ремонт в квартире, чтобы я без стыда могла приютить свою маму!

- Я не хочу ютить твою мать! – взялся за виски Волков. – Я не хочу работать с этими выродками, я хочу с тобой развестись…

- Чем ты думал, когда женился? – невозмутимо спросила жена.

- Головкой, а не головой, – простонал Волков. – Женился на бездуховной и склочной дряни, нашел серую и скучную работу, родился в самом сердце бездушной и злобной страны! Мы разводимся!

- Мусор вынеси, – равнодушно сказала жена.

- Я твою мать не подниму – не менее равнодушно сказал Волков и заперся в своей комнате.

- Котина, – погладил он своего кота Доллара. – А ты ведь лучше всех существ, меня окружающих!

-  Мурр… - ласково ответил Доллар и потерся об ногу хозяину.

- Ты, Доллар Дворокотович, конечно, гадишь, где попало – но ведь всегда приползаешь с виноватым видом, а не сваливаешь вину на меня! Ты благодарно, а не брезгливо ешь покупаемый мною корм, а не жалуешься, что других котов кормят отборной семгой! Глупостей и банальностей не говоришь, интриг не плетешь, царапаешься только с целью самозащиты!

- Мяу, – важно подтвердил Доллар.

- А ведь у тебя прекрасная жизнь, – с завистью добавил Волков. – Лежишь, котина этакая, целый день в моем кресле, ешь мой корм, о хлебе насущном не думаешь, на работу не ходишь. А секса надо – вышел во двор, а там дворовые кошки, не в пример московским барышням бескорыстные и с намного меньшей вероятностью половой, извините, инфекции… Побыть бы на твоем месте!

- Мурр, – неопределенно сказал Доллар, а сам подумал: «Большой Хозяин всегда с Большой постоянной Самкой, всегда может много корма купить. Собак не боится, из большой клетки может всегда уйти. Меня согнать может и выпороть, а корм для себя ему просить не нужно  – сам достает. Вот бы побыть на его месте!»

Отчего произошли нижеследующие события – так и осталось неясным. То ли высшие силы, вовсю издевающиеся над нашим миром, решили в очередной раз подшутить, то ли дали неожиданный сбой природные механизмы, но факт остается фактом – Волков неожиданно увидел самого себя далеко наверху, а Доллар, удивленно посмотрев вниз, увидел себя, истерически мяукающего.

- Мурр. Доллар - Большой Хозяин, – тупо произнес Доллар, ошеломленно смотря в зеркало и видя Волкова.

- Животное! – истерически орал Волков, пытаясь встать на задние лапы – Отдай мое тело, вернее, душу! Все время мое законное место занимают разные сукины коты, но это уже перебор!

- Доллар теперь Большой Хозяин! – повторил Доллар и весело рассмеялся. Неожиданно его глаза злобно сощурились и он, что есть силы, пнул Волкова. – Не будешь гадить! – прошипел он.

- Неблагодарная тварь – заорал Волков – Ты ничем не лучше людей!

- Размяукалось, животное – с презрением повторил Доллар слова Волкова и отворил дверь комнаты.

- Ты мусор вынесешь? – спросила жена Волкова.

- Хочу сексу, – тупо сказал Доллар и уставился в вырез халата Большой Самки.

- Там мама в соседней комнате, – подобрела жена.

- Мурр, – умильно сказал Доллар и потерся головой о халат жены Волкова.

- Ласковый какой, – улыбнулась жена. – Ну ладно, я здесь постелю…

- Зоофилка! – заорал Волков и, вытащив когти, кинулся к потенциальному любовнику своей супруги.

- Твой кот совсем сдурел! – взвизгнула жена, и, взяв законного мужа за шкирку, швырнула его в направлении кухни.

- Ничего не изменилось, – с грустью сказал Волков, удачно приземлившись головой в мусорное ведро.

Тем временем непростой кот Доллар, вспомнив неоднократно наблюдаемые телодвижения Большого Хозяина и Большой Самки, довольно удачно их воспроизводил.

- Животное! – стонала в экстазе мадам Волкова.

- Мурр, – радостно отвечал Доллар.

Тем временем господин Волков, поняв, что ему не удастся помешать моральному падению своей супруги, решил перекусить. С показной брезгливостью он подошел к миске с кошачьим кормом, хотя запах, доносящийся оттуда, привлекал и манил. Попробовав корм, Волков сделал потрясающее открытие – отвратительные колечки были теперь для него вкуснее черной икры!

- Котище, – похотливо провела пальцем по новому телу Доллара мадам Волкова. – Пойдем теперь с мамой телевизор смотреть?

- Мяу, – согласно кивнул Доллар – Только дай корму!

- Картошечки пожарить? – заботливо спросила жена.

- С рыбкой и колбаской, – ласково проурчал Доллар.

***

- А Волков-то, оказывается, свой чувак! – доверительно сказал бухгалтер Зверев аудиторше Акуловой. – Раньше либо молчит, либо умничает, либо с начальством склочничает, а сейчас говорит нормально, как все, с коллективом тусуется, и, реально, весь прикольный стал, по типу!

- Я его раньше, как мужчину, не воспринимала, – томно протянула секретарша Телкина. – Такой зашоренный, фу! Но вчера, – она по-кошачьи потянулась. – меня в машине своей катал…

- Докатались? – заржал менеджер Козлов.

- Да тебе-то что! – отмахнулась Телкина.

- Однако на работе стал тупить, – задумчиво сказал замначальника Лисов.

- А нам больно умных не надо, – весело сказал менеджер Хрякин. – Зато, Саша, он теперь с самим Медведевым на короткой ноге!

- Такой был гордый, а теперь шефу только что стул не лижет, – задумалась Акулова. – Сленгу вашего откуда-то набрался, почему-то урчать стал часто, зарплату стал кормом называть. Мне он раньше больше нравился – негромко сказала она.

- Чуваки! – в кабинет к ведущим высокоинтеллектуальный рабочий разговор сотрудникам заглянул шофер Мышкин. – Волкова-то в другой отдел переводят, по типу с повышением!

- Крутой, блин, перец, далеко пойдет, – резюмировал Зверев.

- Ну, сильно далеко его никто не пропустит, – строго заметил Лисов.

- Это, смотря, каким маршрутом идти, – игриво отозвалась Телкина.

Дома на Волкова тоже не нарадовались. Он стал восхищаться интеллектом современных шоуменов, искренне полюбил Донцову, Маринину и Акунина, выкинув Булгакова, Аверченко и Довлатова. Стал смотреть любимые женой и тещей сериалы, мурча и приговаривая «самочки и самцы тусуются», резко зауважал российское правительство и, в особенности президента, произнося туманную фразу «Они прямо, по типу, как я и Большой Хозяин». Жену стал любить и понимать, теще прекратил перечить, повышение зарплаты выбил – идеальный мужчина!

Тем временем настоящий Большой Хозяин вовсю чувствовал прелесть своей новой жизни. На работу ходить не нужно, корму – хоть отбавляй. Дворовыми кошками он пока брезговал, но кошачий туалет уже освоил. Доллар, пару раз выпоров свою бывшую оболочку, решил все-таки ее оставить в качестве ностальгического фактора. Волков сначала выл и царапался, а потом привык, поняв, что перед ним всего два пути – на московскую улицу, что означало смерть от голода и холода или же в теплую «большую клетку» с тупым и хамоватым Большим Хозяином, еще несколько месяцев назад бывшего милым и ласковым домашним котом.

Если по-честному, то Волков с нетерпением ждал обратного превращения, но оно упорно не происходило. Доллар освоил человеческий язык в самых мерзких его проявлениях, водил в отсутствие жены человеческих самочек, жрал корм и успешно делал карьеру. Волков же в отсутствие хозяев тоскливо смотрел в окно или телевизионный экран – но ничего интересного ни там, ни там не происходило. Но однажды его прорвало. «Это не жизнь, это медленная смерть!» - в отчаянии подумал он. – «Так лучше умереть быстро»! И картинно спрыгнул с балкона первого этажа.

Генеральный директор компании «Попер-инвест» Константин Ящеров, сидевший в припаркованном рядом с домом Волкова «БМВ», грустно размышлял: «Ахмеду двести сорок штук должен, любовница беременна, а на аборт ложиться не хочет, жена киллера наняла, черт меня дернул на нее фирму оформить, а тесть с налоговиками сговорился, под меня копает, падла… Братки наезжают, депутатский мандат, говорят в манду положи! Да разве это жизнь, хуже, чем когда парашу мыл на зоне! А вот кот идет, красавец. Свободен, спокоен, гуляет сам по себе… Вот бы поменяться с ним местами!»

***

Год спустя господин Ящеров, находясь в собственном особняке неподалеку от Барселоны, с огромным умилением смотрел трансляцию ленкомовской «Мистификации» по кабельному телевидению. Рядом с его джакузи, в которой он восседал с парочкой юных самочек, стояла огромная позолоченная клетка с пушистым дворовым котом, имевшим крайне грустный вид. 

- Костик, рыбки хочешь? – заботливо спросил бизнесмен у кота. Кот недовольно мяукнул и отвернулся.

«А ведь мерзкая жизнь», - размышлял генеральный директор «Попер-инвеста», по совместительству новая реинкарнация Волкова. - «Вроде долги раздал, киллера замочил, тестя посадил, с женой цивильно развелся, от любовницы откупился, на выборы в Госдуму снова прошел, но вращаюсь, как и в прошлой жизни, среди всякого быдла», -  посмотрел Волков-Ящеров на двух прелестниц. - «Одиночество мыслящего человека безгранично! А вот за окном чайка летает», – умиротворенно взглянул депутат в законе на роскошный вид из окна особняка. - Свободна, красива, всегда в небе. Вот бы поменяться с ней местами… Тьфу, черт, о чем я думаю! Своих проблем мне мало? Караул!».

Волков обнаружил себя высоко в небе и истерически захлопал крыльями.

- Рожденный руководить летать не должен! – закурлыкал он. Не умея летать, он стремительно падал. Неожиданно его схватила за шею чья-то крепкая рука.

- Я говорил, что здесь чаек руками ловить можно, – захохотал кто-то большой и сильный. – Слышь, Валера, я тебе один прикол сейчас покажу, а то ты мне все не веришь!

Бессильно трепыхающегося Волкова обмазали красной краской и подбросили в воздух. Наконец, он нашел в себе силы взлететь, но его полет был недолгим. Неизвестно откуда на него бросилось несколько чаек, которые с непонятной яростью начали его клевать. Через несколько минут окровавленный Волков камнем полетел в море, где и нашел свой покой.

- Представляешь, одна капелька красной краски, и они насмерть заклевывают своего собрата! – восклицал крепкий мужчина с массивной золотой цепью на мощной шее. – Одно слово – животные!

- Птицы, – поправил его собеседник.

- Один хрен – нелюди! Из-за какой-то непохожести своих соплеменников убивают, представляешь?